Месть  - Виктория Шваб

ЭОН

– В смысле – транспортный протокол?

Доминик был в раздевалке, застегивал свою форменную рубашку, когда ворвался Хольц с сияющим лицом. Его наконец-то привлекли к полевой работе. Вернее, для транспортировки.

– Они выпускают охотничьего пса Стелла, – сказал он.

Грудь Доминика сжалась.

– Кого?

– Эли Кардейла. Они выпускают его из клетки, чтобы преследовать эту сумасшедшую тетку, которая убила Бару.

Дом был на ногах.

– Они не могут.

– Ну, смогли, – сказал Хольц.

– Когда?

– Прямо сейчас. Пришли приказы от директора. Он собирался справиться с этим сам, но в городе разворачивается какая-то крупная операция – еще один ЭO, – и Стелл носится как угорелый. Перед уходом он сказал нам начать извлечение…

Но Дом застрял на предыдущей фразе:

– Еще один ЭО?

– Да, – сказал Хольц, вытаскивая из стены матовый черный доспех.

– Этот загадочный парень, тот, кто убивал других ЭО.

У Дома пересохло во рту.

– Каковы шансы? – размышлял Хольц. – Столько волнений за один день.

Хольц закончил одеваться и повернулся, чтобы уйти, но Доминик поймал его за руку:

– Подожди.

Другой солдат озадаченно уставился на то место, где пальцы Дома впились в его рукав. Но что мог сказать Дом? Что он мог сделать? Нельзя остановить миссии – все, что он мог сделать, это предупредить Виктора.

Дом заставил себя разжать руку.

– Просто будь осторожен, – сказал он. – Не закончи, как Бара.

Хольц сверкнул своей веселой собачьей улыбкой и исчез.

Доминик сосчитал до десяти, затем до двадцати, ожидая, пока шаги Хольца не стихнут, пока не остался лишь стук собственного сердца. Затем он вышел из раздевалки, повернул направо и направился в кабинет Стелла – к единственному телефону в здании.

Дом держался спокойно, непринужденно – но с каждым шагом вперед знал, что идет по дороге в один конец. Он остановился у двери директора. Последний шанс развернуться.

Дом открыл дверь и вошел внутрь.

* * *

Виктор знал, что за ним следят.

Он чувствовал вес их шагов, чувствовал их взгляды. Сначала он предположил, что это Джун или один из охранников Марселы, но, когда их шаги ускорились и вместо одного человека стало слышно два, Виктор начал подозревать другой источник. Он направлялся прямо к Кингсли. Теперь повернул налево, минуя многолюдные рестораны и кафе в центре Мерита.

Его телефон загудел в кармане.

Он не узнал номер, но ответил, не замедляя шаг.

– Они идут за тобой, – сказал Доминик тихо.

– Да, – ответил Виктор, – спасибо за подсказку.

– Хуже того, – продолжил Дом. – Они выпускают Эли.

Слова были ножом, который так точно вонзился под ребра Виктора.

– Чтобы поймать меня?

– Нет, – сказал Дом. – Думаю, он будет ловить Марселу.

Виктор выругался про себя.

– Ты не можешь этого допустить.

– И как я остановлю операцию?

– Придумай, – велел Виктор, вешая трубку.

Он чувствовал, как они шлепают по пятам. Услышал звук закрывающихся дверей автомобиля.

Виктор пересек улицу и вошел в близлежащий парк, на разросшуюся сеть беговых дорожек, тележек с торговцами, открытых газонов, переполненных людьми, что грелись на полуденном солнце. Он не оглядывался. Он еще не смог выбрать своих преследователей из толпы. Скученность работала в их пользу, но и в его тоже.

Виктор ускорил шаг, делая вид, будто спешит.

Догони меня, подумал он.

Он услышал, как преследователь заторопился, явно ожидая, что цель побежит. Вместо этого Виктор замер.

Он развернулся на многолюдной тропинке и пошел в противоположном направлении, заставляя преследователя либо остановиться и отступить, либо поддержать иллюзию, продолжая двигаться к нему.

Никто не остановился.

Никто не отступил.

Обычно люди отклонялись от Виктора, обтекали его, как вода камень. Но теперь, в толпе бегунов, пешеходов и групп людей, один человек все еще смотрел прямо на него.

Этот человек был молод и одет в гражданское, но у него была походка солдата, и в тот момент, когда их глаза встретились, рябь напряжения пробежала по его лицу. Он вытащил пистолет, но, когда поднял оружие, Виктор щелкнул пальцами, жестко дернув одну-единственную невидимую нить, и человек упал на колени, пистолет выскользнул из его руки. Виктор продолжил идти, а толпа повернулась, наполовину обеспокоенная криком человека, наполовину в ужасе от вида оружия на тротуаре.

Разразился хаос, и в этом хаосе Виктор свернул налево, на другую дорожку, направляясь к уличной стороне парка. На полпути к нему бросилась вторая фигура, женщина с подстриженными темными волосами.

Она не доставала оружие, но приложила руку к уху, и ее губы двигались.

Группа велосипедистов выскочила из-за угла, и Виктор отскочил прямо перед тем, как они проехали. Внезапная свистящая баррикада, которая дала ему достаточно времени, чтобы прошмыгнуть между двумя тележками и покинуть парк.

Виктор пошел вперед и быстро пересек боковую улицу, за несколько секунд до того, как неприметный фургон вырулил из-за угла. Он несся прямо на Виктора. Тот потянулся к человеку за рулем, поворачивая рубильник, пока водитель не потерял управление и фургон не врезался в гидрант. Виктор услышал больше шагов, шипение радиостанции. Он нырнул в ближайшую остановку метро, пролетел мимо турникета и сбежал по эскалатору на станцию.

Виктор добрался до самого конца платформы, но вместо того, чтобы сесть на поезд, проскользнул через заграждение в устье туннеля и прижался к стене. Двери поезда звякнули и с шипением закрылись.

К платформе подошел человек, заглядывая в окна уходящего вагона.

Виктор задержался в туннеле, наблюдая за мужчиной: руки на бедрах, черные волосы тронула седина.

Стелл.

Даже пять лет спустя Виктор мгновенно его узнал. Он смотрел, как бывший детектив развернулся и ринулся обратно по эскалатору.

Виктор знал, что должен еще раз попытаться добраться до Кингсли, но сперва хотел перемолвиться словечком с директором ЭОН.

Подошел следующий поезд, и Виктор влился в толпу, что хлынула вслед за Стеллом.

X

Последний полдень

ЭОН

Дом смотрел на компьютеры в кабинете Стелла.

Придумай.

Разум буксовал, словно шины по грязи, его внимание переместилось со стола на дверь, затем на сетку камер на дальней стене. Там, справа вверху, три солдата в полном снаряжении шли по белому залу. В другом окне ждала знакомая фигура Эли Кардейла.